Постановление Первого кассационного суда от 17.12.2025 № 77-3929/2025

Из жалобы: Инспекция ФНС по делу по ст. 199.2 УК РФ знала о наличии на счетах другого ООО денежных средств, принадлежащих ООО, за счет которых может быть произведено взыскание, что подтверждается приобщенным к материалам дела определением Арбитражного суда и имеющим преюдициальное значение. Судебный акт опровергает обвинение, поскольку третьим лицом была погашена задолженность ООО перед бюджетом, послужившая основанием для подачи заявления о признании его несостоятельным (банкротом).

Суд: согласно положениям ч. 1 ст. 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога посредством перечисления денежных средств. В соответствии с чч.1,2 ст. 24 НК РФ обязанность по уплате налога может быть исполнена также налоговым агентом, то есть лицом, на которое в соответствии с Налоговым кодексом РФ возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации, которым другое ООО не являлось, также налогоплательщик не заключало с ООО договоров инвестиционного товарищества, не являлось и не признавалось судом лицом, зависимым с налогоплательщиком. При таких обстоятельствах в соответствии с положениями ст. 46 НК РФ взыскание задолженности могло быть произведено только за счет денежных средств на счетах налогоплательщика.

Комментарий: Ст. 45 пункт 1 часть 3 НК РФ: «Перечисление денежных средств в счет исполнения обязанности налогоплательщика по уплате налога может быть произведено иным лицом». Минфин России утвердил порядок уплаты налогов иными лицами. Приказ от 05.04.2017 № 58н вносит изменения в Правила указания информации в реквизитах распоряжений о переводе денежных средств в уплату платежей в бюджетную систему Российской Федерации, утвержденные приказом Минфина России от 12.11.2013 № 107н.

Из жалобы: проигнорирован факт нахождения у общества имущества в виде нежилого здания, за счет которого могло быть произведено погашение имеющейся налоговой задолженности. МИФНС самостоятельно не реализовала свое право по погашению задолженности за счет имущества ООО.

Суд: налоговым органом были приняты необходимые меры по взысканию задолженности за счет недвижимого имущества, принадлежащего налогоплательщику в порядке ст. 47 НК РФ, соответствующее постановление было направлено судебному приставу-исполнителю для исполнения в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об исполнительном производстве», однако недвижимое имущество выбыло из собственности ООО, постановление не было исполнено.

Определение Первого кассационного суда от 17.12.2025 № 77-3929/2025

Действия одного из участников преступления квалифицированы по ч. 3 ст. 33, п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ как соучастие, без признака «группа лиц…».

Из жалобы: уголовное дело в отношении заявителя жалобы не возбуждалось, оно возбуждено в отношении неустановленного лица из числа руководителей ООО, ответственного за ведение бухгалтерской отчетности, составление и сдачу налоговых деклараций. Он никогда не входил в органы управления ООО, не являлся его участником, не составлял, не подписывал и не подавал в государственные органы какие-либо документы от имени этой организации. Ему вменено в вину, что он являлся фактическим собственником ООО, преступление, в совершении которого ему предъявлено обвинение и за которое он осужден, не является частью ранее возбужденного и расследованного дела. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48, субъектом преступления, предусмотренного ст. 199 УК РФ, может быть лицо, фактически выполняющее обязанности руководителя, фактический собственник к такой категории не относится.

Суд: дело по признакам п. «б» ч.2 ст.199 УК РФ в отношении неустановленного лица из числа руководителей возбуждено соответствующим должностным лицом, в соответствии со ст. 140, 144, 145 УПК РФ при наличии повода и оснований. Дальнейшее привлечение к уголовной ответственности исполнителя по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ и заявителя жалобы как организатора не требовало отдельного возбуждения уголовного дела.

Из жалобы: указано недостоверное время совершения преступления, поскольку моментом окончания преступления следует считать фактическую неуплату налога на прибыль организаций в срок не позднее 28 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом. Датой преступления признано 28 марта 2020 года. Однако этот день являлся выходным, поскольку с учетом дополнительных нерабочих дней, установленных Указом Президента от 25 марта 2020 года с 2 апреля 2020 г. по 28 апреля 2020 года, ближайшим рабочим днем являлся 12 мая 2020 года.

Налоговым периодом по налогу на прибыль признается календарный год, отчетными периодами являются первый квартал, полугодие, девять месяцев и год. Однако указано о фальсификации налоговых деклараций на прибыль за 1-4 кварталы 2017 года, 1-4 кварталы 2018 года, 1-3 кварталы 2019 года, что не соответствует требованиям ст. 285 НК РФ.

Суд: с учетом разъяснений в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», что срок представления налоговой декларации (расчета) и сроки уплаты налога могут не совпадать, моментом окончания преступления, предусмотренного ст.199 УК РФ, следует считать фактическую неуплату налогов в срок, установленный законодательством о налогах и сборах. Время совершения преступления установлено правильно.

Комментарий: исходя из особых обстоятельств (ковид) сроком уплаты налога здесь действительно было 12 мая 2020 года, время преступления согласно постановлению Пленума установлено, скорее всего, неправильно.

Из жалобы: нарушено право на защиту путем исключения участия защитника при назначении повторной налоговой судебной экспертизы, сторона защиты была лишена возможности реализовать свои права по ст. 198 УПК РФ. С учетом отсутствия допустимого заключения налоговой судебной экспертизы, которая является обязательной для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по ч. 2 ст. 199 УК РФ, размер не уплаченных налогов по уголовному делу не установлен.

Суд: размер неуплаченной суммы налогов определен с учетом заключения эксперта, уточнениями эксперта суду, выводы не вызывают сомнения, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, даны компетентным лицом с соблюдением методик исследования, содержат ответы на поставленные перед экспертом вопросы, научно обосновано, аргументировано, не имеет каких-либо противоречий и не вызывает сомнений в своей объективности. Нарушений норм порядка назначения и производства повторной судебной налоговой экспертизы, которые могли бы повлечь недопустимость заключения, не допущено. Экспертиза проведена судебным экспертом, имеющим необходимое образование, квалификацию и стаж экспертной деятельности по соответствующей специальности. Доводы о нарушении права на защиту в связи с неознакомлением защитника с постановлением о назначении повторной налоговой экспертизы проверялись, обоснованно отклонены.

Постановление Первого кассационного суда от 10.12.2025 № 77-3716/2025

Действия трех лиц квалифицированы и как соучастие, и по пункту «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ группой лиц по предварительному сговору:

одного — по ч. 3 ст. 33, пп. «а», «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ в организации уклонения от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере;

второго — по пп. «а», «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ в уклонении от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере;

третьего — по ч. 5 ст. 33, пп. «а», «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ в пособничестве в уклонении от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере,

Какое-то суждение о законности такого подхода судебный акт не имеет.

Постановление Первого кассационного суда от 25.11.2025 № 77-3604/2025

Действия двух лиц квалифицированы по пункту «а» ч. 2 ст. 199 УК РФ группой лиц по предварительному сговору. Эта тема в постановлении не исследовалась.

Из жалобы: ссылаясь на определение арбитражного суда, указывают на незаконность возбуждения уголовного дела, поскольку на дату вынесения соответствующего постановления просроченная задолженность перед налоговым органом отсутствовала.

Суд: ссылки на преюдицию по определению арбитражного суда не основаны на законе, поскольку решения по другим делам в рамках гражданского судопроизводства и не предопределяют выводов суда о виновности или невиновности осужденных в совершении инкриминированных преступлений, а соответственно, исходя из положений ст. 90 УПК РФ, не имеют преюдициального значения.

Из жалобы: деятельность ООО за 1 квартал 2018 года не являлась предметом выездной налоговой проверки, в материалах, направленных налоговым органом в порядке ст. 140 УПК РФ, данный период также не отражен. Эти обстоятельства свидетельствовали о необходимости возращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Суд: эти доводы не свидетельствуют о допущенных органами расследования нарушениях уголовно-процессуального закона, поскольку материалы, направленные в следственный орган в порядке ч. 1.3 ст. 140 УПК РФ, не предопределяли решений в рамках уголовного судопроизводства, так как сумма налогов, от уплаты которой уклонилось виновное лицо, подлежит установлению в рамках предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедуры и может изменяться как в меньшую, так и в большую сторону по сравнению с первоначально выявленным налоговым органом размером недоимки, что, соответственно, является основанием для изменения объема обвинения.

При этом изменение объема обвинения в данном случае не образует нового, отдельного состава преступления с учетом установленных обстоятельств, свидетельствующих о наличии у виновных единого преступного умысла на уклонение от уплаты налогов в инкриминированный период, в связи с чем не требовалось вынесения отдельного постановления о возбуждении уголовного дела по факту уклонения от уплаты налогов за 1 квартал 2018 года.

Из жалобы: с учетом положений налогового законодательства, разъяснений в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» по факту неуплаты налогов за первый квартал 2018 года истек срок давности привлечения к уголовной ответственности.

Суд: действия, связанные с уклонением от уплаты налогов, охватывались единым умыслом, в связи с чем исходя из разъяснений в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» моментом окончания преступления следует считать фактическую неуплату налогов в срок, установленный законодательством о налогах и сборах, применительно к 4 кварталу 2020 года, то есть 25 марта 2021 года.

Постановление Первого кассационного суда от 07.10.2025 № 77-3146/2025

Из жалобы: ранее, будучи осужденной по приговору суда от 7 июня 2021 года, понесла наказание по ст. 199.2 УК РФ за совершение тех же действий, которые являются длящимися, так как неуплата ЗАО требований налогового органа продолжалась с 2017 года.

Суд: период сокрытия денежных средств по настоящему делу определен временным периодом с 3 августа 2020 года по 25 апреля 2021 года, а по предыдущему приговору – с 8 июня 2017 года по 22 января 2018 года и с 11 апреля 2019 года по 31 июля 2020 года. Вывод суда согласуется с положениями ст. 8 УК РФ, в силу которой уголовная ответственность может наступать при наличии в действиях состава преступления за каждый налоговый период и при этом считать действия как продолжаемые оснований не имеется. Факт того, что осужденной исполнялось трехстороннее соглашение, заключенное до инкриминированного ей периода, не свидетельствует о том, что она осуждена за совершение одних и тех продолжаемых действий, так как надлежащих мер по его расторжению осужденной принято не было.

Из жалобы: действия осужденной имели своей целью поддержание финансово-хозяйственной деятельности данного Общества в сложных условиях хозяйствования, а отключение услуг по водоснабжению социально значимых объектов в период коронавирусной инфекции COVID-19 и проведения специальной военной операции могло повлечь негативные последствия для общества и населения городского округа, в связи с чем Правительство области обязало ЗАО направлять поступающие денежные средства на выплату заработной платы, проведение неотложных ремонтов и оплату энергоресурсов. Руководство ЗАО обращалось по вопросу предоставления субсидий, отсрочки платежей или налоговых каникул; им велась претензионная работа с контрагентами; принимались меры к расторжению трехстороннего соглашения; проводилась частичная оплата налогов и сборов. Заключение договоров цессии является легальной формой ведения хозяйственной деятельности. Считает действия осужденной крайней необходимостью.

Суд: объективных доказательств, что действия осужденной были направлены на предотвращение экологической либо иной катастрофы, социального взрыва, стороной защиты не представлено. Фактически все совершаемые действия были обусловлены соблюдением интересов хозяйственной деятельности ЗАО, получения прибыли и не свидетельствуют о наличии условий, влекущих освобождение от уголовной ответственности по ст. 39 УК РФ.

В случае направления денежных средств на счета ЗАО была бы погашена задолженность по налогам и страховым выплатам, а при недостаточности денежных средств для выполнения основных производственных функций, в случае получения отказа в предоставлении субсидий, налоговых каникул, у осужденной имелась возможность обратиться в кредитные организации для получения заемных средств.

Заключение трехстороннего соглашения между ЗАО иными организациями по требованию Правительства области и Администрации городского округа не является основанием для признания данных действий крайней необходимостью, и не предопределяет выводов суда о виновности или невиновности. Договоры уступки (цессии) осужденная заключала по собственной инициативе с той же целью сокрытия доходов от уплаты налоговых платежей и социальных выплат, не принимала надлежащих мер по расторжению трехсторонних соглашений, то есть права ЗАО в установленном законом порядке не защитила.

Постановление Первого кассационного суда от 23.07.2025 № 77-2400/2025

Из жалобы: заключение специалистапо делу по ст. 199.2 УК РФявляетсянедопустимым доказательством, изготовивший его сотрудник МВД России ранее давал справку по результатам оперативно-розыскной деятельности в отношении АО в рамках доследственной проверки. Специалист фактически подменил собой эксперта, провел исследование по вопросам, находящимся в компетенции эксперта, однако его квалификация как специалиста не подтверждена, не указан уровень его подготовки, объем специальных знаний, стаж работы в качестве специалиста в сфере бухгалтерского, налогового учета и финансов. Отсутствие в заключении специалиста указания на источники специальных знаний и методов, ссылок на нормы права, что лишает возможности проверить достоверность суждений специалиста. По делу должна была быть проведена судебная экспертиза.

Суд: заключение составлено лицом, обладающим соответствующей специальностью и необходимой квалификацией, является мотивированным, основано на детальном исследовании представленных доказательств, выводы специалиста полностью соответствуют объективным данным, установленным в ходе судебного следствия. Исследование проведено специалистом–ревизором УЭБиПК ГУ МВД России, имеющим звание подполковника полиции, обладающим достаточным опытом работы, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Нарушений закона и прав осужденного при назначении исследования финансово-хозяйственной деятельности, бухгалтерского учета и налоговой отчетности в отношении АО, влекущих признание заключения специалиста недопустимым доказательством, не установлено. Приведенные в заключении специалиста выводы подтверждаются другими исследованными доказательствами. То обстоятельство, что специалист ранее составлял справку по результатам оперативно-розыскной деятельности в отношении АО, отсутствие в заключении сведений об уровне его подготовки, объеме специальных знаний, стаже работы в качестве специалиста в сфере бухгалтерского, налогового учета и финансов не влечет признание заключения недопустимым доказательством. Не установлено оснований для назначения судебной экспертизы.

Из жалобы: имелась крайняя необходимость, переводимые контрагентами АО денежные средства в пользу ООО расходовались на исполнение государственных заказов, в том числе для нужд обороны страны по контракту с ПАО. Суд не в полной мере оценил характер и степень угрожавшей опасности срыва государственного контракта, что влияет на достижение целей специальной военной операции.

Суд: исследованные доказательства не свидетельствуют о том, что в результате невыплаты недоимки осужденным был предотвращен более существенный вред охраняемым законом интересам общества и государства, а также могло произойти прекращение деятельности АО.

Из жалобы: на момент возбуждения дела было известно о наличии в собственности АО движимого и недвижимого имущества, на которое налоговый орган мог бы обратить взыскание для удовлетворения требований по начисленному налогу.

Суд: данное обстоятельство не исключает преступный характер действий осужденного в инкриминируемый ему период.

Комментарий: принудительное взыскание недоимки возможно как за счет денежных средств организации, что предусмотрено статьей 46 НК РФ, так и за счет имущества в соответствии со статьей 47 НК РФ. Предусмотренное статьей 47 НК РФ право налогового органа наобращение взыскания налога за счет имущества налогоплательщика является обязательным этапомдля привлечения к уголовной ответственности лица за сокрытие. Об этом говорится в части 3 пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления».

Определение Первого кассационного суда от 19.07.2025 № 77-1631/2025

Действия организатора признаны соучастием без признака «группа лиц…», по ч. 3 ст. 33, п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ.

Из жалобы: необоснованно удовлетворение гражданского иска прокурора и взыскание ущерба по налогам с физических лиц, поскольку привлечение физического лица к гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публично-правовому образованию, в размере, подлежащем зачислению в бюджет налогов организации — налогоплательщика, возможен лишь при исчерпании или отсутствии правовых оснований для применения предусмотренных законодательством механизмов удовлетворения налоговых требований за счет самой организации, или лиц, привлекаемых к ответственности по ее долгам, после внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении деятельности этой организации, либо когда организация фактически является недействующей и взыскание с нее невозможно. Иск удовлетворен без учета имущества ООО, на которое наложен арест, достаточного для погашения исковых требований, при этом стороной обвинения не представлено доказательств отсутствия возможности удовлетворения заявленных требований за счет этого имущества.

Суд: особенность правонарушений, совершаемых в налоговой сфере организациями, заключается в том, что, будучи юридическим лицом, организация совершает противоправное деяние опосредованно — через действия соответствующих физических лиц, в том числе руководителей организаций, которые тем самым совершают преступление и несут за него уголовную ответственность. При этом субъекты налоговых преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, а также иные лица, чьи противоправные действия привели к непоступлению налогов в бюджет, не освобождаются от обязанности возместить причиненный этими противоправными действиями имущественный ущерб соответствующему публично-правовому образованию, которое должно иметь возможность удовлетворить свои законные интересы в рамках как уголовного законодательства, так и гражданского законодательства об обязательствах вследствие причинения вреда.

В силу статьи 8 ГК РФ не исключается возможность привлечения физических лиц помимо уголовной ответственности и к деликтной ответственности, предусмотренной гражданским законодательством, в той мере, в какой совершение ими соответствующих правонарушений сопровождается причинением вреда бюджетам публично-правовых образований.

Осужденный, будучи учредителем и фактическим руководителем ООО как лицо, которое в силу учредительного документа уполномочено выступать от имени юридического лица, по смыслу гражданского законодательства несет ответственность за вред, причиненный бюджету неуплатой НДС ООО, поскольку при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей он действовал недобросовестно, а его действия не соответствовали обычным действиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

С учетом этого суд, убедившись в том, что обязанность по уплате налога на добавленную стоимость ООО на момент принятия решения по гражданскому иску не исполнена, достоверно установив размер неуплаченного налога и принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих возможность удовлетворения налоговых требований за счет самой организации, находящейся в состоянии банкротства, принял законное и обоснованное решение об удовлетворении гражданского иска, заявленного прокурором, в полном объеме. Вопреки доводам жалобы сведений о том, что на имущество ООО был наложен арест, материалы дела не содержат.

Комментарий: предположу, что иск удовлетворен необоснованно, вопреки выводам постановления Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-п. Нахождение должника в состоянии банкротства не исключает удовлетворение требований бюджета, осужденный как контролирующее должника лицо, как правило, привлекается к субсидиарной ответственности по обязательствам налогоплательщика. Удовлетворение иска повлекло нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов с предпочтением одному кредитору перед другими, может привести к двойному взысканию задолженности.

Постановление Первого кассационного суда от 29.04.2025 № 77-1347/2025

Приведенные в жалобе доводы о том, что осужденный не вносил недостоверные сведения в налоговые декларации по НДС, книгу покупок и продаж, не имеет навыков бухгалтерского учета и что ввиду использования программных средств ввести «вручную» недостоверные сведения в итоговые бухгалтерские и налоговые документы невозможно, противоречат исследованным доказательствам, в том числе показаниям свидетеля о формировании ей деклараций на основании полученных от осужденного первичных документов с резолюцией последнего, а подготовленные документы утверждались последним и подписывались его электронно-цифровой подписью.

Определение Первого кассационного суда от 09.04.2025 № 77-1090/2025

Осуждение поч. 4 ст. 159 УК РФ и по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 199 УК РФ за хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере; за уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере.

Из определения видно, что осужденный, являясь руководителем, с целью получения дохода за счет налоговой выгоды вследствие увеличения налоговых вычетов по НДС, а также размера затрат, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций, в отсутствие каких-либо финансово-хозяйственных взаимоотношений у возглавляемой им организации с контрагентом умышленно уклонился от уплаты НДС и налога на прибыль, подлежащих уплате в бюджетную систему, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере путем включения в налоговые декларации заведомо ложных сведений. Установлено уклонение от уплаты налогов в установленные сроки, не перечислен в полном объеме НДС за 3 квартал 2017 года в бюджет в сумме 511 257 487 рублей, перечислен в полном объеме налог на прибыль организаций за 2017 год в сумме 358 609 783 рубля. Дана верная квалификация действиям по ч. 4 ст. 159 УК РФ и пп. «а, б» ч. 2 ст. 199 УК РФ.

Комментарий: не совсем ясно, в чем выразилось мошенничество. Для хищения необходимо изъятие находящихся в бюджете средств, например, путем возмещения. В определении эти факты не видны. Непоступление налогов охватывается статьей 199 УК РФ.

Из жалобы: не доказан квалифицирующий признак преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 и пп. «а, б» ч. 2 ст. 199 УК РФ «группой лиц по предварительному сговору» с лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство. Из приговора по пп. «а, б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, не следует, что лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, имела умысел на хищение денежных средств и была осведомлена об истинных намерениях других участников, направленных на хищение, а также что она готовила фиктивные документы по взаимоотношениям с контрагентами и готовила налоговые декларации.

Суд: опровергается совокупностью доказательств по делу: показаниями осужденного о совместных и согласованных действиях с лицом, дело в отношении которого выделено в отдельное производство; показаниями свидетелей, которые подтвердили осведомленность лица, дело в отношении которого выделено в отдельное производство, о подписании документов о фиктивной хозяйственной деятельности, а также активные действия по сокрытию реальных взаимоотношений между юридическими лицами.

Комментарий: лицо, в отношении которого дело выделено в отдельное производство, не пособник ли.

Постановление Первого кассационного суда от 19.03.2025 № 77-984/2025

Из жалобы: оспаривает квалификацию действий по признаку совершения их «группой лиц по предварительному сговору», он своего подтверждения не нашел, не установлено, какие конкретно преступные действия были совершены каждым из соучастников, в том числе неустановленными лицами.

Суд: осужденный, являясь генеральным директором ООО, то есть единоличным исполнительным органом организации-налогоплательщика, на которое возложена обязанность по исчислению и уплате налогов, а также по представлению в налоговые органы налоговой декларации и иных документов, необходимых для осуществления налогового контроля, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору с фактическими руководителями ООО — лицом № 1 и лицом № 2 во исполнение преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с указанной организации, в нарушение норм налогового законодательства включил в налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость за налоговые периоды 1, 2, 3, 4 кварталы 2018-2019 годов заведомо ложные сведения о величине производственных расходов, суммах налоговых вычетов и суммах налогов на добавленную стоимость, подлежащих уплате в бюджет, тем самым совершил уклонение от уплаты налога.

Выводы о совершении действий в составе группы лиц по предварительному сговору являются обоснованными, анализ доказательств по делу позволил установить, что осужденный, выполняя объективную сторону состава преступления, в совершении которого признан виновным, действовал совместно и согласованно с иными лицами (фактическими руководителями ООО), что свидетельствует о наличии между ними предварительного соглашения и распределения ролей в преступной деятельности, направленной на достижение единого совместного результата – уклонения от уплаты налога. При этом роли осужденного и его соучастников, их действия указаны в приговоре и соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела.

Комментарий: были ли действия фактических руководителей ООО (лиц № 1 и № 2) соисполнительством. Или они соучаствовали (организатор, пособник и т.п.).